НОЧЬ В ХАМОВНИЧЕСКОМ СУДЕ, или СУДЬЯ МИЩЕНКО, СЛАНЦЫ И ГИМНАЗИЯ АЛФЁРОВОЙ

Юрий Екишев, Павел Антонов и Сергей Финогин -остались под стражей до 31 июля 2019г.
Светлана Чулковаhttps://www.facebook.com/lesgorod/posts/2783367875033187

 

НОЧЬ В ХАМОВНИЧЕСКОМ СУДЕ, или
СУДЬЯ МИЩЕНКО, СЛАНЦЫ И ГИМНАЗИЯ АЛФЁРОВОЙ

А есть ещё Ночь Музеев. Но это о другом. Допустим (а оно так и есть), заседание суда по мере пресечения назначено на 15.00, и двадцать человек, а также адвокаты, пришли заведомо в 14.00. Сидишь у зала 11, и ждёшь, что вот сейчас. Но приставы в течение пяти с лишним часов приводят и уводят других подследственных, а наши подследственные сидят в подвале в камерах и ждут, что вот прямо сейчас. Проводят симпатичного парня мимо молодой жены в коридоре, он успевает чмокнуть её в щёчку, а девушка-пристав только беззлобно цыкает на них.
Все эти пять с лишних часов боишься (чтобы не опоздать на заседание) спуститься на первый этаж в туалет. В здании с высоченными пролётами, потому что построено оно 100 лет назад и являлось частной гимназией Алфёровой. Ну а теперь тут – ни Алфёровой, ни гимназии. Зато есть Мищенко.
По коридору бежит девушка с каким-то документом – она заблудилась, ей надо на третий этаж. «У вас какое дело?» «Гражданское, гражданское», - в панике повторяет она, похожая на испуганного кролика, перепутавшего туннели. А у нас – уголовное. Статья. 205 прим. 5 ч. 2.
Телефон постепенно садится, розеток нет, душно. Тянемся к лестнице, где открыты окна и есть воздух. Сидим на ступеньках. Правда, нужно вовремя вскочить и вжаться в стенку, когда из конвойной комнаты в подвале ведут наверх подследственных. 
Из зала 11 выходит и задерживается у двери красивый черноволосый крепкий пристав. Вдоль правой руки – замысловатая татуировка. Немного с вызовом спрашиваешь, что тут написано. Он спокойно отвечает: «Не забуду слёзы своего отца». «Это на каком языке?» «На армянском». – И ты затыкаешься, потому что знаешь про Карабахские события. Это единственный пристав, от которого не веет агрессией, а только достоинством и силой, но не силой идиота. 
Наконец, в 20.40 приводят Юрия Екишева, Павла Антонова и Сергея Финогина. Сергей Финогин – мой одноклассник. Он меня узнаёт, машет рукой и улыбается. Он долговязый и едва не упирается головой в потолок клетки, поэтому сутулится. Павел Антонов – красивый парень 36 лет, два высших образования, а ещё пишет картины. Трое малолетних детей. А у Серёжи – шестеро, двое из них – несовершеннолетние. Юрия Екишева знают многие.
В зал пускают не всех. Поэтому, когда по очереди даются отводы судье, прокурору и секретарю, после перерыва заходят другие наши. Приставы - грозные как центурионы, многие - в татуировках. На них бронежилеты. Один стоит спиной к судье, как бы охраняя её, и с молчаливым презрением взирает на нас, сплетя на груди руки. При отводах судья мотается туда-сюда, из-под её мантии выглядывают курортные сланцы. Мищенко Диана Игоревна, молодая, симпатичная. Говорит быстро и тихо - ничего не разобрать. Такой же стиль речи у прокурора и судьи. Хотите услышать – тренируйтесь. Судитесь почаще.
Адвокаты – красавцы! Особенно Николай Курьянович. Он весёлый, ироничный, у него прикольный галстук и молниеносная интеллектуальная реакция. Следователь морщится и с жалобными нотками «а я маме скажу» предлагает написать в адвокатскую палату про несоответствие Курьяновича. На что адвокат Светлана Добровольская отвечает, что, очевидно, господину следователю следует знать, что адвокаты имеют право на мнение, отличное от мнения обвинителей. В этом и состоит дух состязательности.
Из почти полуобморочного состояния меня выводит голос Юрия Екишева. Он напоминает судье, что по документам – он коренной Коми, и его родной язык – Коми (который также является государственным), некоторые юридические термины на русском ему непонятны, поэтому он требует переводчика. Дело близится к 22.00, когда суд уже не будет иметь право продолжать судебные заседания, судья Мищенко даёт отвод на предоставление переводчика. Екишев несколько раз говорит что-то на языке Коми, просит занести это в протокол ДОСЛОВНО и добавляет, что небезызвестному господину Ашуркову (которого отлавливали в коридорах Совета Федерации) таки предоставили переводчика. Touche! 
Адвокаты просят приобщить к делу протоколы очных ставок подозреваемых (г-жа Мищенко называет всех исключительно обвиняемыми) с неким Куликом, который оговорил всех троих, оттого и взялось это дело. Но позднее Кулик отозвал свои показания. Только от протоколов очных ставок, которые в корне всё меняют и касательно самого дела, так и меры пресечения, у следователя есть только по одной странице для каждого из подозреваемых, а остальное он не обязан предоставлять. Тут даже я понимаю, что ИНТЕРЕСНО ДЕВКИ ПЛЯШУТ! 
На ознакомление с материалами дела двум подозреваемым (без последнего документа по очной ставке!) дают по 7 с половиной минут! А это уже толстые пачки!
Первый час ночи. По закону всех троих обязаны отпустить, но все отводы отводятся, все предложения адвокатов отвергаются, мы входим и выходим, сидим, слушаем, подозреваемых оставляют под стражей ещё на 1 месяц 20 дней. На часах около трёх ночи, вернее утра, потому что за окнами светло. Пожелавшим сфотографировать часы в здании суда пристав запрещает это сделать. Говорит: фотографируйте свои.
ГОСПОЖА МИЩЕНКО! ОТДЕЛЬНОЕ СПАСИБО ЗА БЕСПЛАТНУЮ НОЧНУЮ ЭКСКУРСИЮ В ЗДАНИИ БЫВШЕЙ ГИМНАЗИИ АЛФЁРОВОЙ, А НЫНЕ - ХАМОВНИЧЕСКОГО СУДА! ВЫ ЗАДЕРЖАЛИ ЗАСЕДАНИЕ НА 5 ЧАСОВ 40 МИНУТ. В 22 ЧАСА, В НАРУШЕНИЕ ЗАКОНА, ВЫ НЕ ПРИОСТАНОВИЛИ ЗАСЕДАНИЕ, ВЫ НЕ ПОТРЕБОВАЛИ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ДОКУМЕНТОВ, ПО КОТОРЫМ РЕБЯТ МОЖНО БЫЛО ОТПУСТИТЬ, И ВЫ, В НАРУШЕНИЕ ЗАКОНА, НЕ ОТПУСТИЛИ ИХ ПОСЛЕ ПОЛУНОЧИ, И ПРОДОЛЖАЛИ СВОИ НОЧНЫЕ ТАНЦЫ ПОЧТИ ДО ТРЁХ ЧАСОВ УТРА!

…Мы стоим и ждём, когда ребят посадят в автозак, и они ещё немножко радуются. Автозак уезжает где-то в половине четвёртого. На дороге, словно из другого измерения, возникает модный юноша, смотрится в смартфон и делает серию селфи. 
Я иду через мост Богдана Хмельницкого к Киевскому вокзалу. На мне туфли на каблуках, и от усталости я боюсь навернуться. «И чего было не надеть сланцы?» - думаю я.

Переводы для Екишева – Евлампия Николаевна Екишева (мама) Екишева Ю.А.) - 4276 2800 1793 6508 СБЕРБАНК

Переводы для Финогина - ЕЛЕНА МИХАЙЛОВНА ФИНОГИНА 5469 3800 6037 2637 СБЕРБАНК.

Для Павла Антонова даём ссылку на группу, в ней реквизиты, пишите, что для него: https://vk.com/podderjka.help

#Хамовнический суд
#Судья Мищенко
#Юрий Екишев, Сергей Финогин, Павел Антонов

 

 

 

комментариев нет