ОЛИГАРХИЧЕСКАЯ ВОНЬ, или ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ НА СВАЛКЕ

КОМУ СКАЗАТЬ СПАСИБО
Некоторые источники, впрочем непроверенные, рассказывают, что во Франции, когда туда попала Анна Ярославна, став королевой – по ее свидетельствам – все не просто было чуждо, а пахло, точнее воняло – поскольку окружающие не пользовались банями, не имея понятия об очищении. Да и многое другое было «каким-то не таким»: жилища мрачны, церкви безобразны

Некоторые источники, впрочем непроверенные, рассказывают, что во Франции, когда туда попала Анна Ярославна, став королевой – по ее свидетельствам – все не просто было чуждо, а пахло, точнее воняло – поскольку окружающие не пользовались банями, не имея понятия об очищении. Да и многое другое было «каким-то не таким»: жилища мрачны, церкви безобразны и нравы ужасны…

 

Не претендуя на историографическую точность первоисточников, можно сказать, что данные факты подчеркивают скорее суть происходящего… А уж когда там они стали есть лягушек, или перестали топить по-черному – не суть важно (пусть народ сражается в комментариях цитатами из Дрюона или Википедии, как это многие любят делать).

 

Впоследствии изобретая не то, как быть чистыми, а то, как маскировать эту нечистоплотность – драма «Парфюмер» это как раз тоже о них…

 

А насчет бань славянских не только арабские источники говорили о той особенной тяге славян к чистоте, но и Нестор-летописец, упоминая о путешествии апостола Андрея Первозванного в наши края, большую часть говорит… о бане:

«И приде в словени, идеже ныне Новъгород, и виде ту люди сущая, како есть обычай им и како ся мыють и хвощются, и удивися им. И иде в варяги, и приде в Рим и исповеда, елико научи и елико виде, и рече им: "дивно видех в земле словеньсте идущю ми семо; видех бани древены, и пережьгуть каменья румяно, и совлокуться, и будуть нази, и облеются квасом уснияномь, и возмуть на ся прутье младое, и бьють ся сами, и того ся добьють, едва слезуть ле живи, и облеются водою студеною, и тако оживуть; и то творять по вся дни, не мучими никимже, но сами ся мучать, и то творять мовенье собе, а не мученье. Слышащеи же се дивляхуся. Оньдрей же, быв в Риме, приде в Синопию»…

 

Вот они, наши «бани древены», и то как возьмут прутье младое и бьют себя сами предки наши… и обливаются водою студеной… Думается и переводить не надо, со старославянского – все ж понятно… Впрочем, для нас главное – опять же не точность перевода или историографические тонкости возникновения древних легенд и записей. А суть – та тяга к чистоте, жившая в народной душе – как основное требование. И не только физическая…

 

Что уж говорить и о духовной нечистоплотности, где не столь бросается в глаза (видимая чуткой душе) эта сторона человеческого бытия – иудина, предающая все на свете – ради каких-то корыстных целей, будь то власть или нажива, срастающиеся в единое целое.

 

Сегодня в России – повсеместно эта вонь, как ее ни прикрывай: закрытые только за последние дни «невыгодные» заводы – Астраханский, Орский – «пахнут» многотысячными потерями (людскими, конечно), для местного населения. А дто этих «новогодних потерь» – еще сотни тысяч…

 

И уже реальные «московские свалки» –  планируются россыпью, да не по Подмосковью только, а по регионам…

 

Вырос очередной «героиновый» дворец на твоей окраине – это твои друзья, кто послабее, отдали свои средства, здоровье, семьи, жизни – в угоду процветанию барыг, покрываемых силовиками. Пусть не прикидываются, что они «ничего не знают». Все они «знают» и даже «контролируют». Вот только начальство сверху – велит крупных барыг не просто не трогать, а то и сопровождать по области трафик – ведь не нам же везут, не здесь же будут распространять, где-то там… а где – неважно…

 

Другие «дворцы потребления» – торговые центры, где народ совершает некое культовое, связанное с духовным актом – приобретение чего-то якобы нужного, а зачастую скорее ненужного или вот так прикрывающего реальную мерзость. Сияют теми же «прикрывающим» огоньками, не только привлекая внимание, но и свидетельствуя о приоритетах общества потребления, хозяин которого – сатана, будучи ангелом света до своего низвержения – знает силу этой привлекательной иллюминации (и орден-то его последователей тоже зовется «иллюминатами») на душу простого человека…

 

И в иллюминированных рядах – по самой дорогой цене – то, что предназначено лишь для «высшего общества». Тут тебе и духи, тут тебе и нижнее белье – не для деревни, конечно. Не для бани. Не для работы в поле. Не для помощи кому-то. Прикрыть убогость. Замаскировать тлетворную вонь безделья… Труд – пахнет. Безделье и ограбление народа – воняет.

 

Культ тебя самого, в котором ты, подверженный общей зависимости от этого желания быть хоть кем-то в системе статусного манипулятивного потребления – не хочешь, а покупаешь одну вещь – испытывая состояние и наполненности (что вот ты причастен) и опустошенности (что на этом кончаются твои возможности, остальное не для тебя). Не вчера это наступило, и не позавчера.

 

Даже Ипполит в «Иронии судьбы» приходит в гости с флакончиком французских духов… В зачаточном состоянии – эта жажда тлеет в обществе, будучи сдерживаема определенными нормами… Но как только они исчезают, снимаются – выходит наружу это «делание» Иуды, который был вор и носил ящичек для жертвуемых денег.

 

Тогда, в те времена – находили им применение, собирая и сразу раздавая и благотворя нищим (а Иуда не только прикарманивал, но и болезненно стяжал, взяв тридцать сребреников за измену).

 

И место их, денег в ранних государствах, было – в удобрении тех дел, которые необходимы для поддержания государственного порядка. Как навоз. Которым удобрялись различные виды служения – военные, хозяйственные и прочие.

 

А вот скапливать «навоз» в кучи – возможно только там, где общество дозволяет это сделать, при этом увлеченное некоей маскировкой и приданием «красивого вида» всему тому, что по идее должно быть изгнано вон, и не допускаться.

 

В стране сегодня десятки миллионов крещеных людей. Вроде бы против Иуды… Но что происходит? Иудино стяжание сильнее убеждений многих? Или искренность потеряна и возобладали лицемерие и притворное следование делам веры? Все превратилось для большинства в актерство или всего лишь некую традицию? Вроде как формально человек с Богом, но получается, так-то и Иуда пусть процветает? Раз ему столько позволено… Отбито чутье, жить на свалке-то оказывается, можно…

 

О мотивации, из «Системы динамической собственности»:

«То, что деньги очень даже «пахнут», будучи нагружены мотивацией, свидетельствовали сами служители:
«Первосвященники, взяв сребреники, сказали: непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови. Сделав же совещание, купили на них землю горшечника, для погребения странников; посему и называется земля та “землею крови” до сего дня. Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: “и взяли тридцать сребреников, цену Оцененного, Которого оценили сыны Израиля, и дали их за землю горшечника, как сказал мне Господь”» (Матф. 27:3, 5-10).

 

Как видим и в древнем мире человек знал – насколько важно происхождение средств, и даже будучи лицемером – не мог преодолеть этого очевидного факта и закрыть на него глаза. Что подтверждается в Деяниях апостольских, которые несколько расходясь в деталях, сходятся именно в этом, относительно сребреников и судьбы Иуды: «…но приобрел землю неправедною мздою, и когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его; и это сделалось известно всем жителям Иерусалима, так что земля та на отечественном их наречии названа Акелдама, то есть земля крови». (Деян., 1: 18–19)»

 

Сегодня твоя земля – земля крови. Здесь предается народ – в жертву всем чудовищным экспериментам, о которых мы уже говорили – от вакцинации до биометрического контроля (как клеймление стада), от ломки традиций и отношений до полного ограбления страны и ресурсов. Здесь, как видим – при видимости лицемерной проповеди веры – вырастают дворцы потребления, и Бог предается человеком не внешне, а внутренне, в неисполнении Его воли.

 

Триллионы – как нагруженные караваны – текут во все стороны света. А упоенные ложной видимостью города – тонут во мраке бесперспективности, радуясь тому, чем надо бы сокрушаться, принимая то, от чего надо было бы отказаться – если бы ты жил, как заявляешь – по Писанию…

 

Вся страна уже – если снять розовые очки – как свалка, на которой способны жить лишь переродившиеся «чайки»… И никакая баня не поможет – тебе лично. Поскольку таково сейчас положение общественного организма… Насколько позабывшего это бывшее общим для славян стремление к очищению? Вот это и покажут будущие события.

 

Самообман как и самообольщение – не имеют пределов. Нет у нас пока «военных», поскольку на дворе – война против простого народа, а защитников не нашлось. Защищают лишь свои головы – от мыслей, что что-то не так, и необходимы изменения. Надев броню на ту извилину, которая отвечает за верность «давнокомандующему»…

 

Нет «партий» и «движений», потому что «партия власти», прикрытая этим вонючим флером акций – и принимает новые античеловеческие законы и проводит «показательные акции», отнимая под шумок у людей последнее… А остальные – лишь отвлекают от этого процесса передвижения ресурсов. Не больше.

 

Всюду – трусость, предательство и обман. Ничего не изменилось…

 

Те, кто способен к этому очищению – из разных «движений» и «убеждений», как бы искренне сегодня ни верили сами себе – думается, способны собраться в единую силу. И соборно, Земским собором, ответить на простой вопрос – есть ли жизнь на этой свалке… Организация, организованность, порядок – вот к чему мы призываем, чтоб не жить в этой грязи. И не пора ли всем миром… Как предки… «Взять прутье младое»…  И почиститься.

 

Для этого много не надо. Было бы желание. Опять на удивление всему миру, склонившемуся перед расплодившимися Иудами…

Ю.Екишев

 

 

 

комментариев нет