НОЧЬ В ХАМОВНИЧЕСКОМ СУДЕ, или СУДЬЯ МИЩЕНКО, СЛАНЦЫ И ГИМНАЗИЯ АЛФЁРОВОЙ
0 526

НОЧЬ В ХАМОВНИЧЕСКОМ СУДЕ, или СУДЬЯ МИЩЕНКО, СЛАНЦЫ И ГИМНАЗИЯ АЛФЁРОВОЙ

Юрий Екишев, Павел Антонов и Сергей Финогин -остались под стражей до 31 июля 2019г.
Светлана Чулковаhttps://www.facebook.com/lesgorod/posts/2783367875033187

 

НОЧЬ В ХАМОВНИЧЕСКОМ СУДЕ, или
СУДЬЯ МИЩЕНКО, СЛАНЦЫ И ГИМНАЗИЯ АЛФЁРОВОЙ

А есть ещё Ночь Музеев. Но это о другом. Допустим (а оно так и есть), заседание суда по мере пресечения назначено на 15.00, и двадцать человек, а также адвокаты, пришли заведомо в 14.00. Сидишь у зала 11, и ждёшь, что вот сейчас. Но приставы в течение пяти с лишним часов приводят и уводят других подследственных, а наши подследственные сидят в подвале в камерах и ждут, что вот прямо сейчас. Проводят симпатичного парня мимо молодой жены в коридоре, он успевает чмокнуть её в щёчку, а девушка-пристав только беззлобно цыкает на них.
Все эти пять с лишних часов боишься (чтобы не опоздать на заседание) спуститься на первый этаж в туалет. В здании с высоченными пролётами, потому что построено оно 100 лет назад и являлось частной гимназией Алфёровой. Ну а теперь тут – ни Алфёровой, ни гимназии. Зато есть Мищенко.
По коридору бежит девушка с каким-то документом – она заблудилась, ей надо на третий этаж. «У вас какое дело?» «Гражданское, гражданское», - в панике повторяет она, похожая на испуганного кролика, перепутавшего туннели. А у нас – уголовное. Статья. 205 прим. 5 ч. 2.
Телефон постепенно садится, розеток нет, душно. Тянемся к лестнице, где открыты окна и есть воздух. Сидим на ступеньках. Правда, нужно вовремя вскочить и вжаться в стенку, когда из конвойной комнаты в подвале ведут наверх подследственных. 
Из зала 11 выходит и задерживается у двери красивый черноволосый крепкий пристав. Вдоль правой руки – замысловатая татуировка. Немного с вызовом спрашиваешь, что тут написано. Он спокойно отвечает: «Не забуду слёзы своего отца». «Это на каком языке?» «На армянском». – И ты затыкаешься, потому что знаешь про Карабахские события. Это единственный пристав, от которого не веет агрессией, а только достоинством и силой, но не силой идиота. 
Наконец, в 20.40 приводят Юрия Екишева, Павла Антонова и Сергея Финогина. Сергей Финогин – мой одноклассник. Он меня узнаёт, машет рукой и улыбается. Он долговязый и едва не упирается головой в потолок клетки, поэтому сутулится. Павел Антонов – красивый парень 36 лет, два высших образования, а ещё пишет картины. Трое малолетних детей. А у Серёжи – шестеро, двое из них – несовершеннолетние. Юрия Екишева знают многие.
В зал пускают не всех. Поэтому, когда по очереди даются отводы судье, прокурору и секретарю, после перерыва заходят другие наши. Приставы - грозные как центурионы, многие - в татуировках. На них бронежилеты. Один стоит спиной к судье, как бы охраняя её, и с молчаливым презрением взирает на нас, сплетя на груди руки. При отводах судья мотается туда-сюда, из-под её мантии выглядывают курортные сланцы. Мищенко Диана Игоревна, молодая, симпатичная. Говорит быстро и тихо - ничего не разобрать. Такой же стиль речи у прокурора и судьи. Хотите услышать – тренируйтесь. Судитесь почаще.
Адвокаты – красавцы! Особенно Николай Курьянович. Он весёлый, ироничный, у него прикольный галстук и молниеносная интеллектуальная реакция. Следователь морщится и с жалобными нотками «а я маме скажу» предлагает написать в адвокатскую палату про несоответствие Курьяновича. На что адвокат Светлана Добровольская отвечает, что, очевидно, господину следователю следует знать, что адвокаты имеют право на мнение, отличное от мнения обвинителей. В этом и состоит дух состязательности.
Из почти полуобморочного состояния меня выводит голос Юрия Екишева. Он напоминает судье, что по документам – он коренной Коми, и его родной язык – Коми (который также является государственным), некоторые юридические термины на русском ему непонятны, поэтому он требует переводчика. Дело близится к 22.00, когда суд уже не будет иметь право продолжать судебные заседания, судья Мищенко даёт отвод на предоставление переводчика. Екишев несколько раз говорит что-то на языке Коми, просит занести это в протокол ДОСЛОВНО и добавляет, что небезызвестному господину Ашуркову (которого отлавливали в коридорах Совета Федерации) таки предоставили переводчика. Touche! 
Адвокаты просят приобщить к делу протоколы очных ставок подозреваемых (г-жа Мищенко называет всех исключительно обвиняемыми) с неким Куликом, который оговорил всех троих, оттого и взялось это дело. Но позднее Кулик отозвал свои показания. Только от протоколов очных ставок, которые в корне всё меняют и касательно самого дела, так и меры пресечения, у следователя есть только по одной странице для каждого из подозреваемых, а остальное он не обязан предоставлять. Тут даже я понимаю, что ИНТЕРЕСНО ДЕВКИ ПЛЯШУТ! 
На ознакомление с материалами дела двум подозреваемым (без последнего документа по очной ставке!) дают по 7 с половиной минут! А это уже толстые пачки!
Первый час ночи. По закону всех троих обязаны отпустить, но все отводы отводятся, все предложения адвокатов отвергаются, мы входим и выходим, сидим, слушаем, подозреваемых оставляют под стражей ещё на 1 месяц 20 дней. На часах около трёх ночи, вернее утра, потому что за окнами светло. Пожелавшим сфотографировать часы в здании суда пристав запрещает это сделать. Говорит: фотографируйте свои.
ГОСПОЖА МИЩЕНКО! ОТДЕЛЬНОЕ СПАСИБО ЗА БЕСПЛАТНУЮ НОЧНУЮ ЭКСКУРСИЮ В ЗДАНИИ БЫВШЕЙ ГИМНАЗИИ АЛФЁРОВОЙ, А НЫНЕ - ХАМОВНИЧЕСКОГО СУДА! ВЫ ЗАДЕРЖАЛИ ЗАСЕДАНИЕ НА 5 ЧАСОВ 40 МИНУТ. В 22 ЧАСА, В НАРУШЕНИЕ ЗАКОНА, ВЫ НЕ ПРИОСТАНОВИЛИ ЗАСЕДАНИЕ, ВЫ НЕ ПОТРЕБОВАЛИ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ДОКУМЕНТОВ, ПО КОТОРЫМ РЕБЯТ МОЖНО БЫЛО ОТПУСТИТЬ, И ВЫ, В НАРУШЕНИЕ ЗАКОНА, НЕ ОТПУСТИЛИ ИХ ПОСЛЕ ПОЛУНОЧИ, И ПРОДОЛЖАЛИ СВОИ НОЧНЫЕ ТАНЦЫ ПОЧТИ ДО ТРЁХ ЧАСОВ УТРА!

…Мы стоим и ждём, когда ребят посадят в автозак, и они ещё немножко радуются. Автозак уезжает где-то в половине четвёртого. На дороге, словно из другого измерения, возникает модный юноша, смотрится в смартфон и делает серию селфи. 
Я иду через мост Богдана Хмельницкого к Киевскому вокзалу. На мне туфли на каблуках, и от усталости я боюсь навернуться. «И чего было не надеть сланцы?» - думаю я.

Переводы для Екишева – Евлампия Николаевна Екишева (мама) Екишева Ю.А.) - 4276 2800 1793 6508 СБЕРБАНК

Переводы для Финогина - ЕЛЕНА МИХАЙЛОВНА ФИНОГИНА 5469 3800 6037 2637 СБЕРБАНК.

Для Павла Антонова даём ссылку на группу, в ней реквизиты, пишите, что для него: https://vk.com/podderjka.help

#Хамовнический суд
#Судья Мищенко
#Юрий Екишев, Сергей Финогин, Павел Антонов

 

 

 

Последние новости
Не всё так просто, как кажется на первый взгляд. Противостояние народа, против…
Обращение руководителя Тюменского областного отделения Движения НПСР Осейчука В.И. по поводу готовящейся расправы…
Этот митинг - это не только защита личности Грудинина, это защита нашего права…