Тула (история древнего города)
«Тула, Заречье»
0 1253

Тула (история древнего города)

Тула -- новогодняя столица 2019. Красивая и нарядная она ждет гостей. Прежде чем посетить наш город прошу ознакомиться с ее реальной историей.

«Тула веками оружье ковала» (слова из гимна города).

Официальная история города, как и история нашей державы, полна недомолвок, а то и прямых искажений. Если коротко, то примерно так. Построен город в средние века для защиты Москвы с юга, а упоминание о Туле в Никоновской летописи от 6654 (1146) лета «…князь же Святослав Ольгович идее на Рязань, и был в Мченске, и в Туле, и в Дубке на Дону» считается поздней вставкой. Достоверное упоминание содержится в договоре 6890 (1382) лета между Московским князем Дмитрием Донским и князем Рязанским Олегом Ивановичем.

Версий названия города множество, но ни одна, по моему скромному мнению, не является истинной.

1. От речки Тулица, впадающей здесь в Упу. Обычно имена с уменьшительным суффиксом «ца», наоборот, получали реки по названию города.

2. От слов втулка и притулится, то есть «потаенное, укромное место». Однако Тула стоит на пересечении множества путей и не может быть потаённа.

3. По сходству с тувинским слово «тулаа» («болото», «топь»), хакасским и шорским «тула» (с похожими значениями). В Новосибирске есть река Тула (приток Оби), текущая из болота. Ясно, что невероятная версия, но с низменным местом расположения города согласуется.

4. И только лишь версия от древне-татарского (старотюркского) слова «тула», которое означало «брать силой, отнимать» полагаю, что отдаленно приближается к истине.

Официальная история Тулы сообщает что город был «маленьким городишкой», скорее всего основанный рязанцами, пока московский князь Василий III не повелел построить в самом начале XVI века сначала большой дубовый острог, а затем внутри него небольшой каменный кремль. Всё это в рамках оборонной «Засечной черты» от врагов с юга.

При этом в официальной истории города нет ответов на множество вопросов.

1. Почему для строительства города было выбрано такое странное для других древних русских городов место, в низине?

2. Почему город, построенный для обороны Москвы, стоит не на том берегу реки, прикрыт рекой с севера, а не с юга?

3. Как мог «маленький городишко» Тула за сорок лет до «первого достоверного упоминания в русских летописях» стать столицей улуса «Золотой орды», который принадлежал старшей жене хана Узбека, матери Джанибека, царице Тайдуле?

4. Откуда в городе так развито «железное дело» и было большое количество кузнецов?

В последнее время (с 2010 года) город возобновил развитие, стали осваивать пойменные луга с южной стороны от реки Упы. Они недалеко от исторического центра. Раскопали несколько древних селищ, расположенных вдоль левого берега реки: Упа-1, Упа-2, Упа-3, Упа-4. Общая площадь — огромная, порядка 30–40 тысяч квадратных метров! Обнаруженная стоянка каменного века (Упа-2) на берегу Упы позволяет говорить, что дата основания Тулы как минимум на пять тысяч лет старше! Но был ли древний город Тулой? Кто в нем жил?

Накопилось очень много вопросов без ответов по истории города и страны. Попробуем разобраться.

Долетописная история города

Датировка первого поселения на территории города от 5500 до 6000 лет назад впечатляет и удивительным образом совпадает с временем выхода наших прямых предков на Русскую равнину, подсчитанным ДНК-генеалогией.

Восстановить древнюю историю без письменных источников позволили последние (начиная с 2003 года) достижения генетиков по расшифровке генов, повсеместное получение генетических данных у современных людей и в ископаемых останках. Особенно важным оказались данные Y-хромосом, которые передаются по мужской линии от отца к сыну. Мужская линия оказалась очень стабильной во времени. Ученые ранжировали эти данные по гаплогруппам и более точно по субкладам для последующего анализа.

Наиболее точные результаты расчетов времени расхождения от общих предков по количеству мутаций в Y-хромосоме даёт ДНК-генеалогия. Это позволило основателю науки Анатолию Клёсову в соавторстве с Игорем Рожанским восстановить древние миграции с достаточно большой временной точностью. Погрешность вычислений всего несколько поколений.

По их данным как раз 5500-6000 лет назад лет назад R1a1 (русы) массово выходят за Карпаты, распространяясь по Европе в том числе и на обширную Русскую равнину. В основном селились по берегам рек, которые были главными путями того времени.

Есть ли веские причины возникновения в первую очередь поселения при слиянии рек Шат и Упа?

Несомненно. На Русской равнине две основные черные реки (текущие на юг) Волга и Дон в то время соединялись через Иван-озеро (Первое/верхнее/Ван озеро). Из него одновременно вытекали и Дон и Шат. В народе до сих пор уважительно их называют как Дон Иванович и Шат Иванович.

В засушливый период года Шат был мелковат для прохождения даже небольших кораблей (ладей) того времени. Отсюда и название реки в значении «шаткий/непостоянный путь». Был и альтернативный путь. По Упе в Непрядву через Волово озеро. Даже само название очень мелководного озера говорит, что ладьи приходилось тащить волоком. Не только по озеру, но по истокам рек Упы и Непрядвы. Оба пути соединялась в двух местах. При слиянии Упы и Шата и при слиянии Дона и Непрядвы.

Почему было важнее контролировать именно слияние Упы и Шата, а не Дона и Непрядвы?

Во-первых, потому что русы (Ra1) были по преимуществу земледельцы (арии) и черноземные земли (как по течению Дона и Непрядвы) заселяли в первую очередь и полностью контролировали эти водные пути.

Во-вторых, важен был контроль не только водных, но и сухопутных путей. А именно на слияние рек Упы и Шата выходят два важнейших древних шляха. Шлях — это сухопутный путь, идущий по водоразделу. То есть на пути встречаются только ручьи и небольшие речки, преодолеваемые в брод.

Первый, Ногайский шлях — это междуречье Волги и Дона выводил по сухому к Волге и даже к Каспию. Имя Ногайский шлях получил в средние века (XV-XVII) из-за нападения по нему ногайцев. До этого он, предположительно, назывался нашими предками Хазарским.

Второй, Муравский шлях — это междуречье Днепра и Дона (в северной части Оки и Дона) выводил по сухому пути к Крыму. Название Муравский шлях дошло до нас с долетописных времен. Все главные пути (водные и сухопутные) Русской равнины пересекались в одном месте, месте силы. Именно в этом месте не мог не возникнуть град, контролирующий основные пути.

Название города похоже тоже дошло с тех очень далеких времен. Тогда наши предки говорили на праязыке, который стал основой для множества языков мира, не только русского. Современные ученые назвали его индоевропейским языком, тогда еще праиндоевропейским. В отличии от современных языков, опирающихся на сложные корни этот праязык, похоже имел более простые корни (слоговые) в своей основе.

Похоже, что на праиндоевропейском языке ТУЛА означала именно место силы, «здесь (тут) сила».

Полагаю, что и на родственном, тоже индоевропейском языке — древне-татарском (старотюркском) слово «тула» означало тоже самое, место силы, а «отнимать» и «брать силой» это уже более поздние, переносные значения этого слова.

Мы не можем без письменных источников рассказать о том, как жили наши далекие предки в одном из древнейших городов мира. Найденные артефакты в городищах на левом берегу реки Упы позволяют утверждать, что жизнь в городе не прерывалась.

Несомненно, городу на пересечении основных торговых путей нужны были различные мастеровые. Требовалась постоянная починка ладей и повозок, а там, где починка там и возможно и создание. Похоже древняя Тула очень давно стала городом мастеров.

Как жили наши предки? Об этом мы знаем немногое. Известно, что жили в наземных срубных домах – раскопали в древних городищах на берегу Упы. Занимались рыболовством, изготавливали лепные горшки с орнаментом, выдавленным пальцем. Место слияния Упы и Шата низменное, заболоченное, в такой земле хорошо сохраняются артефакты древности. Археологам удалось найти и захоронения. Так выглядело захоронение в городе первого тысячелетия до нашей эры: «в яме — перевернутый горшок, а под ним прах умершего и рыболовное грузило».

Место пересечения торговых путей, место силы – Тула оказалась хоть и близко расположена к черноземным землям, но не на них. Серые земли вокруг города давали плохие урожаи основных сельскохозяйственных культур, исключая аллювиальные в пойме Упы. Отсюда возникла специализация. Туляки для того, чтобы получить основные продукты питания были вынуждены создавать ценные для земледельцев (ариев) товары, чтобы менять их.

Но самое важное, что для защиты такого ценного места требовалось оружие. Лучшее оружие. Тульские мастера глубокой древности вероятно освоили и его производство.

Можно однозначно утверждать, что Тула никогда в глубокой древности не была сколь-нибудь продолжительное под чьим-либо влиянием, кроме наших прямых предков. Известный факт, что в центре Русской равнины (Гомельская, Черниговская, Сумская, Брянская, Курская, Белгородская, Орловская и частично: Смоленская, Тульская, Липецкая, Тамбовская, Воронежская, Полтавская, Харьковская и соседние губернии) население очень однородно по мужской линии (R1a-Z280). И сейчас на этой обширной территории сохранился единый язык (с диалектами) и единая (с совсем небольшими особенностями) культура.

До нас дошло самоназвание этой территории – «Северская земля», а «северяне» —самоназвание населения, жившего на ней. По большей части это черноземный регион, Тула в нем самый северный город. Север «Северской земли» получается, северное пограничье.

А кто жил севернее? Скорее всего две-три тысячи лет после основания города обширные северные земли практически пустовали. Немногочисленные русы (R1a) селились только по берегам очень больших рек, как Северная Двина и Западная Двина. Пока 2500-2700 лет назад в Европу с северовостока (через северный и средний Урал) не приходит первая волна финно-угров (N1a). Они расселяются по огромной территории, но большинство на южных и восточных берегах Балтийского моря. Пришедшие смешивались с местным населением русов (R1a). Часть их полностью перенимают язык и культуру русов. Другие только частично, сейчас их называют балтийскими племенами (балты).

Соседями Тулы с северо-западной стороны становится балтийское племя голядь (галинды). В русских народных сказаниях сохранились легенды о могучем великане по имени Голяда и его брате. Скорее всего река Угра (левый приток Оки), в пойме которой и расселилось племя голядь, получила название по их древнему самоназванию «угры».

Очень вероятно, что долгое время существовало государство русов (предположительно оно называлось «Русколань»), где Тула осталась на северной границе (предположительно северная/северская Русколань). Война за власть с вернувшимися с прикаспийской низменности сарматами (тоже русами, R1a-Z94) и войны с Римской империей 2000-2300 лет назад вряд ли сильно затронули Тулу. Но вот приход второй волны финно-угров (N1a) на северные и северо-восточные земли в начале нашей эры наверняка сказался. Непосредственно рядом с тульскими землями на севере поселилось племя меря (они же «неры»), а на северо-востоке племя мещеры.

Меря было довольно многочисленное племя. И поныне сохранилось множество топонимов, названных этим племенем. Например, озеро Неро. Отмечу, что меря имели особые верования и почитали «синие камни». И сейчас сохраняется в тех местах такая традиция. Есть мнение что даже наши столицы Суздаль и Москва получили свои названия на языке меря. «Суж дал» — девичья песня, «моска» — конопля (использовалась мерей для пеньки).

Тула на пересечении торговых путей стала местом мирного соприкосновения разных народов. В Туле и южнее жили русы, на северо-западе голядь (балты), на севере меря (фино-угры), на северо-востоке мещера (тоже фино-угры).

Но 1700 лет назад готы (германцы, преимущественно R1b, выходцы с юга современной Швеции) выдвигаются на юго-восток в направлении к Черному морю, начинается многолетняя (почти весь IV век) война с русами (R1a). Силой, жестокостью и хитростью готы прорвались к Причерноморью вынудив множество русов живших там уйти на север.

При строительстве нового Суворовского училища (2011-2013 гг.) в Туле нашли поселение беженцев того времени. Спасаясь от захватчиков, они в начале V века поселились на окраине города. Среди раскопанных вещей переселенцев были обнаружены и готские, например гребень. Разоренные готами более южные города, в том числе столица (предположительно Голунь, по-гречески Гелон) не годились для переселения. Северные города русов (Тула, вероятно Курск, Гомель и другие) переполнились, свободной земли для всех не хватало. Поэтому большое количество русов переселяются еще севернее, на земли сравнительно немногочисленных балтов и финно-угров. Постепенно и мирно эти народы ассимилируются русами, но привносят свои особенности. Тула из северного пограничного города оказывается практически в центре.

В VI веке южные славяне (J2a) начали своё движение с Балкан и Карпат на Русскую равнину. Вероятно, под руководством князя Вятко. Себя они называли вятичи. Прошли по Припяти, верхнему Днепру и в VII веке выходят к Оке. Хотя конечной целью миграции вятичей стал бассейн реки Вятка (приток Камы), но по ходу миграции они оставили множество своих поселений.

Почему они были вынуждены мигрировать? Предположительно из-за насаждения силой в Византийской (Восточно-Римской) империи, на окраине которой они жили, новой христианской религии. Именно тогда все носители западно-индоевропейского языка и культуры, что не приняли христианство, а остались верны своему ведическому мировоззрению сами себя назвали славянами.

Вятичи занимались подсечным земледелие, животноводством, охотой и собирательством. Жили в полуземлянках с крышами, покрытыми мхом, топили по-черному. Поселения располагали по берегам рек. Позднее, переняв навыки у местных русов, вятичи стали ставить срубы. Предполагают, что именно вятичи недалеко от Тулы, на реке Шат основали город Дедилов (сейчас село Дедилово), который (как и Тула) стал центром производства металла (рядом с ними имеются залежи железной руды). И также, как и Тула находился на пресечении сухопутных торговых путей (Ногайского, тогда Хазарского и Муравского шляхов). Вероятно, что с приходом вятичей и постройкой соседнего Дедилова развитие Тулы приостановилось.

Долгое время, вплоть до XI века вятичи сохраняли свою независимость. Известно, правда, что наряду с северскими землями (Тулой в том числе) они платили дань в VIII-XI веках набравшему силу Хазарскому каганату и позднее в X веке помогали князю Святославу снарядить военный поход на ладьях по Оке и Волге, который привел к уничтожению паразитического Хазарского каганата. В состоянии северной окраины северских земель, контролируемой вятичами,

Тула по-особому, незаметно, вошла в единое древнерусское государство со столицей в Киеве. Это уже летописный период. Но вследствие описанного положения, недоступности земель, контролируемых вятичами, немаленькая, с развитыми промыслами и очень древняя Тула долгое время не упоминалась в русских летописях.

Столица улуса

Для Тулы многое изменилось в период татарских завоеваний, так называемого Ига. Татары оценили положение Тулы на пересечении торговых путей. Для них, большей частью осуществляющих сухопутные перемещения, создавших первую в мире почтовую систему перевозок, были важны именно Ногайский и Муравский шляхи. Местом пересечения этих шляхов были города Дедилов и Тула. Мне неведомо, почему татары выбрали Тулу основным городом. Но по факту получилось так.

Можно предположить, что Тула к тому времени была более многочисленной, с более развитыми ремеслами. Но возможно также сказалось и то, что именно Тула контролировала и два основных водных пути из Волги, Оки и Упы в Дон через Иван-озеро и Волово озеро. В любом случае Дедилов с того времени не развивался, большая часть населения, в том числе известные ковали — мастера по железу, переселились в Тулу.

Западное татарское государство «Золотая Орда» использовало Тулу не только как место пересечения торговых путей и, соответственно, торговли, а, очень вероятно, как место сбора дани с подвластных соседних земель. Сама же Тула (с близлежащими землями) была исключена из территорий каких-либо соседних русских княжеств (Северского, Рязанского, Московского) и оставалась под прямым правлением из Золотой Орды через татарских представителей баскаков.

В татарских хрониках сохранилось запись от 6850 (1342) лета, когда Джанибек, став ханом Золотой Орды, подарил своей матери, поддержавшей его царице Тайдуле (старшей жене умершего к тому времени хана Узбека), большие источники доходов. Главным был Тульский улус. Также она получала долю от ввозной пошлины с каждого венецианского торгового судна, прибывавшего в Азов.

Отметим, что Тула к тому времени была столицей отдельного улуса, татарской провинции. И имела точно такой же статус как Москва. Предположительно с сопоставимым по численности населением.

К сожалению, больше информации не сохранилось. Но вероятно около века Тула оставалась такой столицей. После того, как Золотая Орда стала распадаться, Тула попала в зависимость от соседнего Рязанского княжества. Именно к тому времени и относится упоминание Тулы в договоре 6890 (1382) лета между Московским князем Дмитрием Донским и князем Рязанским Олегом Ивановичем, как одного из владений рязанцев.

Столица Украины

Возможно, рязанцы владели Тулой недолго, возможно упоминание в договоре вообще было только намерением, но и в XV веке Тула ещё оставалась независимым Золотоордынским улусом. И только в конце XV века (время падения Золотой Орды) Тула переходит в подчинение Москвы.

Тула по-прежнему находилась на пресечении шляхов, по которым свободно перемещались не только купцы, но и отряды разбойников, разорявшие поселения. Обломки Золотой Орды: Литва, Московия, Крымское, Астраханское и Казанское ханства боролись за освободившуюся власть и поэтому посылали отряды разорять соседей. Когда неофициально, когда и с объявлением войны. Для Тулы, стоявшей на пересечение путей, настали неспокойные времена.

Московское государство в XV веке имело пограничье по левому берегу Оки. Каждую весну конные ратники несли караул до зимы в пограничных городах: Калуга, Таруса, Серпухов, Кашира, Коломна. Зимние нападения были очень редки, поэтому ратники уходили по домам. Линия обороны заканчивалась в Коломне, далее на Оке бродов (даже временных летних) не было. А от Калуги до Коломны все броды охранялись и в их дно были вбиты колья.

С присоединением Тулы, пограничье Московского княжества сместилось южнее. Новые земли за Окой стали называть окраиной или Украиной.

Московский князь Василий III в 7015 (1507) лето повелел заложить большой дубовый острог на левом берегу Упы. Новый острог был окружён каналами, валами и дубовым частоколом, вооружён пушками. Построен в 7017 (1509) лето. Насколько Тула была тогда большим городом мы можем судить по немалому размеру защищенных территорий. При этом известно, что часть тульских слобод оказалась за стенами деревянного острога.

Вал и стена начинались в районе нынешнего Зареченского моста. Там находились Никольские ворота, трехъярусная квадратная башня высотой около 9 метров, как и некоторые другие башни острога. Далее вал и стена шли по линии современной Советской улицы до Крапивенских ворот. Крапивенская башня была особенной, огромная шестигранная четырехъярусная, высотой около 14 метров и диаметром почти 8 со смотровой дозорной вышкой, выходила на основную дорогу из города на юг (Муравский шлях). Далее начинался сохранившийся к тому времени очень древний земляной вал Завитай высотой более 4 метров и шириной около 8. Вал имел несколько сильно выступающих бастионов. Проезды в нем защищали три рубленые деревянные башни высотой около 7 метров, квадратные в основании. Вал проходил по Завальской улице (теперь тоже Советская) и заканчивался у берега Упы Троицкими воротами. Отсюда вновь начиналась дубовая стена, которая шла вдоль всего берега Упы до Никольских ворот. Все проездные башни имели специальные смотровые башенки, глухие — нет. К деревянным стенам примыкал ров шириной около 10 метров и глубиной более 2 метров.

В 7022 (1514) лето внутри острога заложен небольшой каменный кремль. С самой простой квадратной формой. Фундамент и нижняя часть сложены из белого камня, сложный верх с бойницами достраивался кирпичом. Вероятно, белого камня не хватало, так как уровень его разный. Построен менее чем за семь лет. На стиль Тульского кремля оказали влияние итальянские мастера, немногим ранее возводившие кремль в Москве. Общая длина стен Тульского кремля немногим больше километра, высота была 11-12 метров, а ширина до 4. Кремль сохранился в практически неизменном виде с того времени, в отличии от Московского, все девять башен, из которых четыре угловых круглые, остальные квадратные. Правда стены и башни стали ниже, частично ушли в землю и сейчас их высота не превышает 9 метров.

Одновременно со строительством Тульского деревянного острога и внутреннего каменного кремля началось возведение грандиозных линий укреплений по Украине — засек. Они состояли из ряда укрепленных городов, соединенных между собой непрерывной чередой валов и рвов, а в зонах густого леса — засечных полос. На лесных участках шириной от 50 до 100 метров деревья подрубали  и заваливали в сторону неприятеля, но не отрубали их от корней. Вершины этих деревьев заостряли, а ветки сплетали и связывали веревками и корой. Растащить такой завал было невозможно. Пройти его было очень сложно не только конному, но и пешему. В проходах ставились укрепленные башни с воротами и гарнизоном. По всей длине засек засаживали густой лес. Посаженный тогда лес в Туле до сих пор называют засеками.

По средневековым параметрам город Тула был огромным, сравнимым с Москвой того времени. Уж точно самым большим на Северской земле, которая в те времена переживала не простые времена. Крепкая ордынская власть пала, а с ней и установившийся порядок. Часть северских земель находилась под контролем Литвы, даже соседний с Тулой город Белёв на Оке. Часть была самостийной при этом из-за недостатка сил незащищенной.

А защищаться было от кого. В XV-XVI веках усилилось Османское государство и её союзник Крымское ханство. Крымчаки беспокоили по Муравскому шляху. Астраханцы беспокоили мало, но ногайцы, выходцы из Ногайской орды (восточнее Астрахани) стали, как и крымчаки, сильно беспокоить и грабили по Хазарскому шляху, с той поры прозванным Ногайским. Города в юго-восточной части Северской земли поредели, а то и вовсе исчезли. Северяне бежали в Тулу и еще севернее, под защиту Московского государства. При этом оставшиеся были, мягко сказать, очень недовольны действиями Москвы. Политикой ограждения по засечной черте и отчуждения части русских северских земель.

В XVI веке отряды крымчаков по Муравскому шляху проходили постоянно. Основная армия под руководством Крымского хана Девлет Гирея осаждала Тулу пять раз.

Особенной была осада 7060 (1552) лета. В это лето Московский царь Иван IV (Грозный) пошел с армией в поход на Казань. Девлет Гирей, верный союзному с Казанью соглашению, решил сорвать этот поход, пройтись по незащищенным тылам. Тульский гарнизон, к тому моменту был в Коломне, с возможностью переброски под Казань. В городе оставалось всего несколько десятков профессиональных воинов, когда у Девлета Гирея было более 30 тысяч! При этом была мощная турецкая артиллерия и отборные отряды турецких янычар. Шансы удержать город силами ополчения были ничтожны.

Однако туляки были иного мнения. Воевода Василий Тёмкин-Ростовский сразу при подходе неприятеля послал гонцов в Коломну за помощью и организовывать оборону силами горожан. Ивану IV было известно о численности и составе крымской армии, это был совсем не обычный набег. Грозный сразу же направил под Тулу значительные силы. Полк правой руки Казанской рати во главе с князьями Щенятевым и Курбским. Из Рославля был послан отряд князей Пронского и Хилкова, из Колычева — отряд князя Воротынского. За ними должна была выступить и остальная рать во главе с самим Иваном IV (Грозным).

На Купалу (22 июня) крымское войско пошло на штурм Тулы. Турецкие осадные орудия раскалёнными ядрами смогли поджечь деревянные строения внутри острога и кремля, начался пожар. Затем ринулись на штурм. Особенно страшны были янычары, которые с гиканьем и криком лезли на стены по приставным лестницам. Восемь часов, до темноты, мужчины города держали оборону на стенах. Женщины и дети тушили пожары, подносили камни, кипящую воду и смолу.

С наступлением темноты Девлет Гирей взял паузу. Защитники города не покинули стен города и оставались там всю ночь. Утром следующего дня крымское войско вновь пошло на штурм. Тут измотанные туляки увидели клубы пыли на Каширском тракте за Щегловской заставой. Помощь пришла вовремя! Не ожидавшее такого быстрого подхода войск, крымчаки сняли осаду и начали отступление.

Заметив начало отступления врагов, туляки решились на вылазку. Это было очень неожиданно и привело отступающих к панике. Удар туляков был стремительный и направлен на осадные орудия, что причинили немало вреда городу. Защищая пушки и ядра погиб шурин хана, князь Кабердей. Взятые туляками пушки, ядра и порох пригодились потом при взятии Казани.

Хан Девлет Гирей еще несколько раз осаждал Тулу, но так и не взял. Впоследствии огромная (около 100 тысяч) армия Девлет Гирея была разгромлена в битве при Молодях в 7080 (1572) лето. После чего большие походы крымчаков на север по Муравскому шляху стали редкостью.

При этом небольшие набеги продолжались, недовольные северяне спасались в Туле, столице окраинных земель и засечной черты, втором по населению городе России. Этим недовольством вскоре воспользуются недруги.

Столица России

Во времена правления царя Бориса Годунова, приемника Федора I (сына Ивана IV Грозного), в России случились несколько неурожайных лет (7109-7112/1601-1604). Особенно тяжело пришлось на севере страны, где даже летом лежал снег.

За десять лет до этого в Угличе погиб царевич Дмитрий, младший брат Федора I. Народная молва обвинила в этом Годуновых. А многолетний неурожай в России расценила как расплату за его грехи и несправедливый захват власти. Более того пошел слух что законный наследник Дмитрий выжил и вот-вот объявится чтобы спасти многострадальную Россию. Начиналось Смутное Время.

Первый звоночек прозвенел в 7111 (1603) лето. Вспыхнуло крупное восстание под предводительством атамана Хлопка Косолапого. И конечно же Тула оказалась в центре событий, где Хлопко и сформировал мятежное войско. Оно было немаленькое, более 20 тысяч. На подавление царем Борисом были брошены большие силы. С огромным трудом московскому войску удалось ликвидировать восстание на подступах к Москве.

В начале 7112 (1604) лета было перехвачено письмо одного иноземца из Нарвы, в котором объявлялось, что у казаков находится чудом спасшийся царевич Дмитрий. Предполагают, что Дмитрием вызвался Григорий Отрепьев.

В начале 7113 лета (октябрь 1604) Лжедмитрий I с небольшой армией из казаков и поляков двинулся на Москву. Даже проклятия московского патриарха не остудили народного воодушевления на пути «спасителя» «царевича Дмитрия». Однако в январе 7713 (1605) лета отправленные Годуновым правительственные войска в битве при Добрыничах разбили формирования самозванца, который с немногочисленными остатками своей армии был вынужден уйти в Путивль.

В апреле того же 7113 лета умирает царь Борис. Царем становится его 15 летний сын Федор II.

Опираясь на недовольство Северских земель, поднятое восстание на юге, из Путивля Лжедмитрий I следует в центр недовольства, столицу Украины — Тулу. Против Москвы в Туле поднимаются практически все общественные слои. Лжедмитрий I заранее, до прибытия, провозглашает Тулу столицей России.

В Прёдтеченском монастыре Тулы рязанский архиепископ Игнатий, первый из архиереев, провозгласил многолетие Дмитрию и привел служилых людей к присяге. В Тулу со всей страны стали стекаться простые граждане и знатные бояре с дружинами с повинною к самозванцу.

Посланный Фёдором Годуновым новый воевода Пётр Басманов прибыл в ставку под осаждёнными Кромами в средине апреля для принятия присяги новому царю. Но в ставке московского войска произошел раскол, часть руководства отказалась присягать. Начались внутренние стычки в лагере. Сторону самозванца взяли рязанские, тульские, каширские, алексинские и севские дворяне. Басманов изменил царю Фёдору. Остаток московских войск, оставшихся верными Годуновым, был разбит изменниками в союзе с казаками. Семейство Годуновых после поражения при Кромах затворилось в Кремле, опасаясь москвичей больше, нежели неприятеля или сторонников Дмитрия.

В подмосковное Красное Село из Тулы прибыли Никита Плещеев и Гаврила Пушкин, сторонники Лжедмитрия; при поддержке населения, восстание перекинулось на Москву, они приехали в столицу и огласили послание самозванца 1 июня. В тот же день москвичи арестовали Фёдора II, его мать Марию и старшую сестру Ксению в Кремле, новым царём был провозглашён Дмитрий. Москвой в это время, фактически управлял Богдан Бельский, двоюродный брат Марии Годуновой. Бельский всенародно поклялся москвичам, что именно он спас царевича Дмитрия в Угличе. Но самозванец не мог ему доверять, как родственнику Годуновых, и вскоре заменил на присланного из Тулы Василия Голицына.

В средине июня Лжедмитрий покинул Тулу, которая превратилась к тому времени в более чем стотысячную столицу из-за наплыва людей с повинной к самозванцу, большинство из первопрестольной. Незадолго до вступления Лжедмитрия в Москву низложенный царь Фёдор Годунов и его мать были задушены.

Противостояние столиц на этом не закончилось. Правление Лжедмитрия было недолгим, он был убит, царем стал Василий Шуйский.

Следующим 7114 (1606) летом мятежная Тула снова становится центром восстания. Восстания Северских земель против Москвы. Возглавил восставших атаман Иван Болотников. Беглый холоп, побывавший в Константинополе и Венеции, Болотников сумел объединить вокруг себя массу недовольного северского населения, тех кто ранее уже объединялись около Хлопко Косолапа.

В так называемых московским правительством «воровских листах» Иван Болотников призывал боярских холопов, крестьян, посадских (городских), казаков и прочий вольный, искавший земли люд, объединиться против воевод и бояр, громить их имения, отбирать добытое народным трудом добро. Агитация имела немалый успех. Себя же он называл главным воеводой царя Дмитрия (Лжедмитрия), утверждал, что царь спасся, сбежал из Москвы и скоро объявится. Болотников собрал значительные силы и направился к первопрестольной.

Но там, потерпев поражение в упорных боях от московских войск под руководством Михаила Скопина-Шуйского, Болотников отступил к Калуге. Большая часть войска повстанцев укрепилась в Калуге, а остальные разместились в Туле. Московские войска Дмитрия Шуйского были дважды разбиты под Калугой и под Серпуховом. Тогда царь Василий отправляет другого своего брата - Ивана, который с тремя полками и артиллерией тоже был вынужден отступить.

Позже, в январе 7115 (1607) лета три царские воеводы: Федор Мстиславский, Борис Татев и Михаил Скопин-Шуйский смогли разработать наиболее рациональный план взятия Калуги, где не было каменного кремля, через поджог. Болотников принял контрмеры, смог с точностью рассчитать, когда может быть осуществлен поджог. За пределами городских укреплений был вырыт ров и его заполнили порохом. В последнюю ночь перед намеченным поджогом ров взорвали, что привело в замешательство москвичей и позволило войску Болотникова выйти из Калуги и нанести значительный урон осаждавшим.

Болотников возвращается в Тулу. Здесь к нему подоспели на помощь повстанцы северских городов: Путивльский воевода, боярин Шаховской, казацкий атаман Заруцкий и черниговский наместник, князь Телятевский. Они вели с собою недовольные толпы служилых людей и везли нового самозванца Лжепетра, якобы сына царя Федора I и внука Иван Грозного.

В мае 7115 (1607) лета столица Украины снова превратилась в альтернативную столицу России и укрепленный центр восстания. В июне, после ряда удачных сражений с московскими войсками под Калугой и Алексином, тульские повстанцы сделали новую попытку продвинуться к Москве. Однако, князь Телятевский был разбит под Каширой правительственными войсками под предводительством царя Василия Шуйского, который собрал все имеющиеся силы для подавления мятежа.

Наступление московских войск было поступательно. Прежде чем подойти к Туле им удалось взять Алексин. Продвигаясь к мятежной столице с северо-запада (от Алексина) в районе Мяснова (Мясновкая слобода) были встречены авангардом защитников. Силы были не равные и туляки отступили под защиту реки Воронья (Воронка). На берегу реки туляки остановили москвичей, показав свою силу. Но сильные дожди размыли берега и опасаясь обходного маневра туляки отступили под защиту городских стен.

Царь Василий приказал обложить город со всех сторон, сам остановился в ставке на Червлённой горе, возвышающейся над защищенной частью города с севера в Кузнецкой слободе (нынешняя Октябрьская, ранее Миллионная, улица). Главные силы расположились вокруг деревянного посада с юго-запада (в районе нынешних улиц Каминского и Ленина). Вспомогательные силы разместили за Упой, в Чулковской и Кузнецкой слободах. Против стен каменного кремля, на острове старого городища (теперь заводском) были поставлены осадные батареи. Шуйский планировал сразу захватить Тулу, учитывая превосходство в численности и вооружении.

Но взять город штурмом никогда и никому не удавалось. Не получилось и у царя Василия.

Правительство Шуйского компенсировало потери путем экстренного набора ратных людей по всей стране, московские силы значительно превосходили тульские. Помня о Калуге, часть царских войск стали усмирять не только незащищенные тульские слободы, но «бунтовавшие» окрестности. Ими были взяты Дедилов, Крапивна, Одоев, Епифань, Белев. Осадили Козельск. Туляков отсекали от возможной помощи.

Шли массовые экзекуции, пленных целыми группами топили в реке. Жестокость Шуйского придавала осажденным мужество, терпя недостаток в хлебе и соли более чем 20-ти тысячное войско Болотникова делало смелые вылазки по нескольку раз в день и сильно вредило осаждающим. Казацкому атаману Ивану Заруцкому удалось, пробиться через кольцо осады и направиться на юг, где он начал собирать новые отряды на выручку тулякам.

В Стародубе объявился царь Дмитрий (Лжедмитрий II), в июне этот северский город присягнул ему на верность. Заруцкий поспешил в Стародуб.

Безуспешность попыток взять Тулу штурмом заставила Василия Шуйского воспользоваться проектом «водного потопления» Тулы. Иван Кроков, муромский боярин, подал челобитную, в которой и выдвигалось предложение потопить низменную Тулу посредством устройства запруды на Упе. Шуйский, будучи не в силах взять город, приказал согнать крестьян для постройки плотины, вменил всем воинам доставлять камни, лес и грунт. Место было выбрано около нынешнего железнодорожного моста и сахарного завода на месте впадения реки Вороньей. Ставили срубы, набитыми грунтом. Но строительство плотины через большую реку дело не быстрое. Прошло лето.

В сентябре повстанческая армия Лжедмитрия II под предводительством гетмана Мацея Меховецкого и атамана Заруцкого покинула Стародуб. Она направлялась на помощь Туле, но была сначала очень малочисленной.

В начале осени плотину построили. Пошли дожди. Упа стала выходить из берегов и затапливать низменный посад и кремль Тулы. Длительная осада, голод и наводнение создали неблагоприятную атмосферу в осажденном городе. Но туляки не сдавались. Сомнения в том, что царевич Петр Федорович (Лжепетр) и царь Дмитрий (Лжедмитрий II) ненастоящие у туляков были, но неприятие московской власти было сильнее. Спасали немногие оставшиеся припасы, плавали по городу на подручных средствах, очень сильно голодали, но не сдавались.

В начале октября гетман Меховецкий разбил под Козельском царские войска воеводы Литвинова-Мосальского, затем освободил Белев. Армия росла, передовые отряды Лжедмитрия II заняли Епифань, Дедилов и Крапивну и вышли на ближайшие подступы к Туле.

Только в мятежной столице, затопленной и обложенной московскими войсками, об этом не знали. Лжепетр и Болотников начали переговоры с Шуйским, заявив ему, что если он сохранит жизнь всем восставшим, не тронет мятежный город, то они готовы сдаться на почётных условиях. Если же он на это не согласится, то они будут держаться до последнего человека, даже если бы им пришлось поедать друг друга.

Василий Шуйский знал истинное положение дел. И для него положение тоже было критическое. Он заявил: «хотя я поклялся не пощадить ни единого человека из осажденных в Туле, я согласен тем не менее сменить свой гнев на милость и готов даровать им всем жизнь за их мужество и верность присяге, данной ими Вору, пусть они служат мне и будут верны так же, как были верны ему». На этом он целовал свой крест и велел объявить, что все будут помилованы.

Учитывая безысходность ситуации, восставшие согласились на данное предложение. Заключенное соглашение Василий Шуйский закрепил торжественной клятвой. 10 октября 7116 (1607) лета вход в Тулу оказался открытым для войск Шуйского. Царь объявил «прощение», в его лагерь на Червлённой горе явились с повинною и сами Болотников, Шаховской и Телятевский. Боярин Шаховской и князь Телятевский, отделались ссылкой, «холоп» Болотников был тайно утоплен в Каргополе. Самозванец Лжепетр был закован в цепи и отправлен в Москву, где и был повешен. Туляков пощадили, плотину спустили.

Взятие Тулы было отпраздновано в Москве подобно взятию Казани.

Столица Украины еще долго была в центре событий Смутного времени. Окрестности города и всю Украину еще долго опустошали крымские и ногайские татары, польские банды во главе с Лисовским.

Московские власти были вынуждены снова заботиться об защите засечной черты и ее городах. В Туле был размещен «главный штаб» «Украинского разряда» с большим количеством войск.

Постепенно окраина России перемещалась на юг, последний набег крымчаков на окрестности Тулы был в лето 7167 (1659). Украиной начинают называть уже не северские, а малорусские земли.

Оружейная столица

Тула всегда была городом мастеров. После описанных событий Москва не жаловала Тулу и местным жителям оставалось развивать традиционные ремесла. В первую очередь оружейное дело.

Точно никто не ведает, когда Пётр I встретился с тульским мастером Никитой Акинфиевым (впоследствии Демидовым по отчеству). Вероятно, царь Пётр узнал о мастере после починки немецкого пистолета дьяку Шафирову. Никита чинил его долго, целых три дня. Когда дьяк уже был готов растерзать мастера, тот отдал пистолет — как новый! Оказалось, что он действительно был новым — точной копией сломанного. Немецкий пистолет, конечно, тоже был починен.

Рассказал Шафиров Петру про чудо-мастера, и царь, проезжая Тулу, заглянул к Никите в кузню. Понравился Никита Петру. Заказал он ему сначала ружья и пушки для Северной войны. Пушки и ружья Никиты Демидова не уступали заграничным, но были дешевле. В 1701 году царь приказал отмежевать в собственность Демидова казенные земли и леса для добычи угля. Также он выдал Демидову разрешение покупать земли и крепостных для работы на заводах.

А потом и вовсе как-то спросил, не «починит ли тот уральские заводы, как пистоль починил»? Демидов принял этот подарок, скорее, как обузу, чем как удачу. Верхотурские железные заводы, устроенные еще при Алексее Михайловиче, были в запустении. Но он с сыновьями все-таки их «починил». Принесли они семейству Демидовых немало денег и дворянское звание. На Урале остался руководить сын Акинфий, а отец вернулся в Тулу. Где и похоронен в Николо-Зарецком храме. Сейчас на этом месте возле Тульского музея оружия находится пантеон-музей Демидовых и памятник знаменитому мастеру. А памятник Петру Алексеевичу стоит напротив наискосок, у Казенного Оружейного завода, который тот повелел построить в Туле 1712 году на острове старого городища возле Тульского Кремля, напротив Демидовского завода в Заречье.

При Петре I для Тулы случилась и серьезная неприятность. Корабли того времени уже не могли проходить по Шату и верховьям Дона ввиду их маловодности. Устойчивый речной путь начинался от Тулы по Упе и от Епифани по Дону. Еще в конце XVII века, когда Петр I рвался к Азову и строил флот под Воронежем, было принято решение построить по Шату и Дону судоходный канал.

К весне 1702 года были заготовлены материалы, согнаны двадцать тысяч работников. Иван-озеро очистили, углубили, насыпали вокруг него дамбу. Озеро должно было питать водой всю систему. В первый же год были готовы семь шлюзов – стены из колоссальных обтесанных камней, дно из мощных сосновых бревен и досок толщиной около девяти сантиметров. К 1707 году действовали уже 24 Епифанских шлюза. Весной по каналу прошли первые 300 судов. Прошли с большим трудом. Воды хватало только в половодье, в засуху о судоходстве нечего было и думать.

Надо было совершенствовать систему: строить новые шлюзы (в общей сложности их получилось больше 40), углублять Иван-озеро, изыскивать способы поднять уровень воды в нем. Этими работами поставили руководить немецкого инженера Карла Бергена. В июле 1710 года он обнаружил на дне озера провал, из которого шло много ключевой воды. «Инженер» распорядился бурить дно в этом месте. Через несколько дней интенсивных работ вода вдруг стала уходить из Иванова озера. За сутки уровень упал больше, чем на метр.

Пробили буром водоупорный глинистый слой, державший воду. Заделать пробой не получилось, вода уходила. В момент катастрофы или целенаправленного вредительства глубина озера была до восьми с половиной метров. В последствии она нигде не превышала полтора!

Тула и Епифань перестали быть одними из основных речных портов страны. Сегодня от Епифанских шлюзов не осталось почти ничего.

Оружейной столицей Тула остается и по ныне, несмотря на серьезную конкуренцию с Ижевском. Уверен не нуждаются в представлении тульские оружейники: Сергей Мосин (1849-1902), Федор Токарев (1871-1968), Николай Макаров (1814-1988), Александр Ганичев (1918-1983), Аркадий Шипунов (1927-2013).

Самоварная столица

Благодаря царю Петру I, который любил привозить из своих заграничных поездок новинки, попала из Голландии к нам в переводе «чайная машина». На Руси подобные «машины» уже использовались для производства сбитня. Назвали «самовар».

Свои самовары массово начали делать на Урале в 1739 году, из меди для использования в походных условиях. Позволить приобрести самовар себе в дом мог далеко не каждый.

Хоть Тула и не родина самовара, но именно в ней 1778 году братья Иван и Назар Лисицыны открывают первое самоварное заведение. Их самовары отличались многообразием форм: бочонки, вазы с чеканкой и гравировкой, самовары яйцевидные, с кранами в форме дельфина, с петлеобразными ручками.

К этому времени Екатерина II устанавливает Тульскую губернию. Тула начинает развиваться согласно генеральному плану 1779 года. Посадские деревянные укрепления, простоявшие до 1741 года, были разобраны за ветхостью, а земляные валы срыты и по ним проложили улицы. Город развивался, но сохранил свой каменный Кремль.

В Туле появляются и другие самоварные фабрики. В 1840 году оружейник Степан Баташев в Чулковой слободе основал самоварное заведение. Дело росло и из оружейников он выбился в купцы. Но в 1861 году самоварная фабрика и дом сгорели, а с ним случился приступ. Тяготы на возрождение фабрики легли на сыновей Василия (19 лет) и Александра (13 лет). Они превращают фабрику в процветающее производство. Самовары братьев Баташевых признают лучшими. Медали на всех выставках, золотая на Амстердамской выставке 1883 года. К 1885 году фабрика братьев Баташевых представляла собой наикрупнейшее самоварное дело в стране.

Наряду с Лисициными и Баташевыми в Туле появляются и другие «самоварные короли»: Ломовы, Капырзины, Тейле, Воронцовы. Уже в середине XIX века в Туле насчитывалось 28 самоварных фабрик, которые выпускали 120 тысяч самоваров в год!

Причины такого стремительного самоварного промысла в городе, ставшей Самоварной столицей, это и высокая квалификация мастеров, и выгодное местоположение на пересечении путей. Через Тулу проложили несколько железнодорожных веток.

Пряничная и гармонная столица

Город мастеров мог изготовить любой товар. Но не каждый из них становился символом города.

Известно, что в очень давние времена тульские мастера изготавливали «жамки» – маленькие пряники округлой формы без какого-либо оформления. Для придания особых вкусовых качеств в тесто жамок добавляли орехи, мед, мяту. Также известно, что еще с XIII века в Европе был обычай изготавливать пряники и дарить их на Рождество. Эти пряники представляли собой медовые изделия с цитроном, миндалем и пряностями, покрытыми сахарной глазурью.

Но получили известность печатные пряники, которые изготавливались с помощью специальных деревянных форм. На деревянных дощечках вырезался узор в зеркальном отражении. Благодаря таким формам пряники получали уникальное оформление, в котором находили отражение Тула и окрестности. У каждого кулинара были свои формы для создания пряников поэтому и различных пряников было огромное множество. Первое упоминание о тульском прянике в письменных источниках датировано 7193 (1685) летом.

Оригинальное оформление с тульской символикой стало основой Тульского бренда. Но уникального стиля было бы недостаточно для завоевания любви во всем мире, тульские пряники славились удивительным вкусом. Можно было найти заварные, медовые, горчичные, сливочные, фруктовые, мятные и другие. Пряники в Туле были всегда в большом ассортименте. Всегда можно было найти себе подходящий по форме и вкусу.

Знаменных пряничных мастеров было множество, целые многовековые династии: Гречихины, Белолипецкие, Щукины и другие.

Россия — это страна, где гармоника сразу же после ее изобретения получила очень широкое распространение. Именно в Туле началось отечественное производство гармоник, которые пришлись по душе широким народным массам. Много в Туле было мастеров по производству гармоней, передававших из поколения в поколение секреты своего удивительного мастерства. Особенно такими мастерами славилась Чулковская слобода.

Осенью 1875 года Николай Белобородов договорился с гармонным мастером Леонтием Чулковым об изготовлении экспериментального инструмента по разработанным им чертежам. За основу новой гармоники, получивший название хроматическая, была взята тульская диатоническая однорядка. К первому ряду Белобородов добавил второй — с недостающими полутонами. Клавиатура гармоники обрела новые формы, заимствованные из фортепиано, однако, их группировка была иной, попеременной: после белой клавиши шла чёрная.

В 1880 году Леонтий Чулков организовал свою гармонную мастерскую, в которой работали и шесть его сыновей. Мастерская Чулкова была невелика, но из всех существовавших в то время мастерских и гармонных фабрик являлась самой передовой и механизированной. Высокое качество изделий служили примером для тульских гармонных мастеров того времени.

Разработанная Белобородовым, изготовленная Чулковыми и другими мастерами хроматическая гармоника была лучшей. Николай Белобородов создал и первый оркестр, игравший по нотным партитурам на гармониках. Среди ценителей мастерства гармонистов был и писатель Лев Толстой, именье которого было рядом с дачей Белобородова.

В XX веке кустарное, подпольное в СССР, производство гармоней сохранялось в Чулково несмотря на то, что в там же построили современную Баянную фабрику.

К началу XX века Тула была одним из самых больших городов Российской империи. И одним из самых красивых и оригинальных по архитектуре. К высокой колокольне Успенского собора Кремля веером сходились все основные вылетные улицы города. Кроме многочисленных храмов ни один дом не возвышался выше стен Кремля. Дома больше трех этажей разрешалось строить только на семи окрестных холмах. Рядом с центром в XIX веке, на месте бывшей городской свалки, по инициативе санитарного врача Петра Белоусова, был разбит прекраснейший парк. Из центральных городских парков самый большой в России.

Богатая Тула была чужда революций 1917 года. Лидер большевиков, захвативших в итоге власть, Владимир Ульянов (Ленин) при угрозе потерять оружейную столицу в 1919 году писал в телеграмме: «Значение Тулы для Республики огромно. Но народ там ненашенский. За ним нужен глаз да глаз».

После прихода к власти Иосифа Джугашвили (Сталина) потребовалось быстро поднимать оборонный потенциал страны. Тула стала развиваться в первую очередь. Развивались старые и строились новые оружейные и патронные заводы. Население приближалось к полумиллиону.

К сожалению, о красоте архитектуры города большевики не заботились. Более 60-ти храмов было снесено или «переоборудовано» под склады. Снесен был и символ города колокольня Успенского собора Кремля.

Блокада

Хотя оружейная столица и вся страна готовились к предстоящей войне с III Рейхом, начало её было провальным. Виной тому было не столько отставание в вооружении, сколько скованность и нерешительность командного состава Красной армии.

По генеральному плану «Барбаросса» ударная группировка (2-ая таковая армия и пехотные дивизии) «Вермахта» генерала Гейнца Гудериана группы армий «Центр» должна подойти к Москве с юга. Упорное сопротивление Красной армии под Могилёвым и переброска части дивизий на юг, под Киев, привело к отставанию от генерального плана. Адольф Гитлер потребовал ускорить продвижение к Туле и Москве.

Советский генштаб ошибся в направлении и силе главного удара. Гудериан начал наступление 30 сентября 1941 года (операция «Тайфун») южнее Брянска на два дня раньше других ударных группировок, чтобы воспользоваться поддержкой авиации. Брянский фронт потерпел поражение, были окружены 3-я, 13-я и 50-я армии. Но их не удалось полностью уничтожить, значительные силы прорвались, во время отступления погиб командующий 50- й армией Петров. Сильно потрёпанные части 50-ой армии отступали в направлении Тулы.

Наступление «Вермахта» произошло настолько стремительно, что в день захвата (3 октября) в Орле еще ходили трамваи. Значительно меньшее расстояние до Тулы захватчики прошли совсем не быстро. Бои за Тулу начались еще в районе Мценска, нужно было время чтобы успеть эвакуировать важнейшие для страны заводы. 6 октября 1941 года вступила в бой 11-я танковая бригада, действуя из засад северо-западнее Мценска. Совместно с 6-й гвардейской стрелковой дивизией 50-ой армии они прикрыли главное направление на Тулу. Героически сдерживали наступление до Плавска. Где на помощь подоспела 108-я танковая дивизия. После успешных для нас оборонительных боёв за Плавск в 11-ой танковой бригаде осталось всего несколько человек без машин и танков. 27 октября, обойдя Плавск, дивизии Гудериана устремились к Туле.

К этому времени (еще 14 октября) капитулировала Калуга, и на северо-западе от Тулы велись упорные бои за Алексин. В Туле с 14 октября интенсивно работал штаб обороны, который возглавил первый секретарь области Василий Жаворонков. Главная задача — это эвакуация важнейших заводов и фабрик, которая была начата заранее, на Урал и Среднюю Азию. Вместе с оборудованием уезжали лучшие инженеры и рабочие с семьями. Оставшиеся жители подготовили мощные (особенно с юга) оборонительные линии.

В Туле к концу октября 1941 года находились 156-й полк НКВД (Народный Комиссариат Внутренних Дел), охраняющий оборонные заводы, истребительные батальоны из рабочих и служащих (из лучших батальонов 23 октября был создан Тульский Рабочий полк), 732-й зенитно-артиллерийский полк 50-ой армии и 34-й пограничный полк, который охранял тылы Брянского фронта, штаб 50-ой армии. Общее соотношение сил, не учитывая ополченцев, было приблизительно 4 к 1 в пользу захватчиков.

К 29 октября под Тулой сложилась очень сложная и довольно запутанная ситуация с войсками. Штаб 50 армии не владел ситуацией и не знал о положении, боеспособности и численности большинства дивизий армии. 290 дивизия, заняв оборону у Щекино и Ясной Поляны, не смогла противостоять концентрированному удару немецких танковых частей. Ударная немецкая группировка подошла к Косой горе, где разметала 31 кавалерийскую дивизию, пошла на Басово. Остатки 290 стрелковой дивизии (с приданной ей 3 батареей 152-мм орудий 447 корпусного артполка) и 31 кавалерийской дивизии были лишены возможности идти в Тулу кратчайшим путем. Поэтому они отступали на северо-восток и форсировав Упу в районе Новотульского металлургического комбината прибыли в Тулу только вечером 30 октября, не потеряв ни одного орудия.

У Басово немецкая группировка столкнулась с остатками 108 танковой дивизии на подготовленных позициях. Куда стекались разрозненными группами, практически без техники, остатки наших частей, в том числе 168 отдельный зенитный артдивизион и 5 отдельный саперный батальон. Совсем немного реальных сил.

Тем не менее разгорелся жестокий бой, в условиях бомбежки с воздуха позиции отстояли. Захватчики потеряли 8 танков. Немецкая группировка отошла и расположилась в Басово. Самолеты разведчики тщательно фотографировали всю передовую линию обороны. Так что штаб Гудериана (2 танковой армии и 3 танковой дивизии, с приданным ей элитным полком «Великая Германия») имел полную информацию.

В Туле, когда все имеющиеся силы вышли на оборону, пошли разбои и грабежи. Еще 27 октября началась паника. Все, кто мог, старались уехать из города в сторону Венева. Грабили и квартиры, и магазины, и склады. Сил навести порядок не хватало, поэтому особо распоясавшихся грабителей расстреливали на месте. Только к вечеру 29 октября ситуацию в городе удалось взять под контроль.

Возглавил оборону города с юга опытный Иван Кравченко, который получил Героя Советского Союза еще в Финскую войну. Он всегда воевал грамотно, вдумчиво и отважно, берег людей. Еще утром 28 октября он с группой офицеров прибыл в штаб 50 армии, куда его из-под Белева, после отстранения от должности командира полка, на «расправу», отправил командир 299 дивизии. К чести командующего 50-ой армии Аркадия Ермакова, он не наказал Кравченко, а направил организовывать оборону юга Тулы.

В критическую для обороны ночь на 30 октября Кравченко смог подготовить южную линию обороны. Большинство защитников которой были жители города в обычной гражданской одежде. Тула сосредоточилась. Тула готовилась к бою.

В 6 часов утра 30 октября 20 немецких бомбардировщиков начали утюжить передний край обороны, затем началась артподготовка. Весь передний край нашей обороны и места разведанных с вечера огневых точек были перепаханы артиллерией противника. Потом в атаку пошли 20 танков прямо по Орловскому шоссе, но самая мощная группировка в 34 танка с пехотой атаковали позиции Тульского рабочего полка со стороны деревни Гостеевка, недалеко от кирпичного завода, где был чуть недокопанный ров.

Одна атака танков при поддержке пехоты сменялась другой. Крики «Партизаны, сдавайтесь!» не помогали, элитные солдаты «Великой Германии» залегли под огнем тульских рабочих.

В этот день в Тулу прибыли 450 солдат «танковых истребителей» с двумя противотанковыми орудиями. Как раз вовремя. Все 34 вражеских танка все же прорвали оборону Тульского рабочего полка и ворвались в Рогожинский поселок, хотя основная часть пехоты была отсечена. Танки остановились у Рогоженского ручья и стали обстреливать район Красного Перекопа и позиции обороняющихся. До 10 танков поехали по нынешней ул. Агеева, по пути обстреляв нашу оборону у трамвайного кольца «Толстовская Застава», где сейчас стадион Арсенал, и через Белоусовский парк поехали захватывать Московский железнодорожный вокзал. Весь южный боевой участок оказался в окружении.

Штаб обороны города уже решил взрывать мосты через Упу. Высказывалось мнение о переносе штаба Кравченко и полков вглубь города. Но прибывшие танковые истребители тремя группами помогли ликвидировать прорыв. Отсекли пехоту, без пехоты 5 танков сразу загорелись под огнем зенитчиков, бивших прямой наводкой. Танки стали ретироваться. К 10:00 положение на всех участках южного фронта Тулы было восстановлено.

После мощной артиллерийской и минометной подготовки в 12:00 повторилась танковая атака, к 14:00 отбита. В 16:00 противник в третий раз попробовал с ходу танками сломить нашу оборону, снова не удалось. Майор Кравченко воевал среди тульских рабочих. С наступлением темноты в 20:00 до 50 танков, фронтом в четвертый раз двинулись на наши позиции. Когда 6 машин запылали, атака остановилась.

Наступила ночь. Никто не отступил. Две наши подбитые зенитки остались на стороне Орловского шоссе, захваченной немцами. Сержант Федор Горелик произвел разведку, организовал группу смелых и отважных бойцов. Находясь под обстрелом, без потерь, они вывезли два зенитных орудия (4.5 тонны каждое) и около 200 снарядов. Орудия быстро починили в городе.

Ожесточенные танковые атаки повторились и 31 октября, и 1 ноября. Пытались снова пробиться через кирпичный завод. Не вышло! Есть мнение, что Гудериан желал сделать к 7 ноября, в главный советский праздник, немецкий парад в Туле, который бы сильно подорвал желание сопротивляться.

Не смогли. А вот парад Красной армии 7 ноября в Москве прошёл и оказал сильное воздействие, но противоположное тому на которое рассчитывал Гудериан.

В результате трехдневных ожесточенных и безуспешных атак, крупными соединениями до 100 танков и свыше полка мотопехоты «Великая Германия», противник потерял подбитыми и сожженными 38 танков и до 500 человек живой силы.

Не добившись успеха в лоб, Гудериан принял решение взять непокорный город в кольцо и уморить защитников в блокаде. Немецкие дивизии пошли в обход Тулы с востока в общем направлении на Венёв. Однако немецкое наступление было прекращено в районе Дедилово. Генерал Гейер, возглавляющий обход, докладывал, что остановились из-за сильной распутицы. Хотя распутица не помешала танковой бригаде генерала Эбербаха отличиться в тяжелых боях под Тёплым 7 ноября с частями 3-й и 50-й армий, которые нанесли контрудар во фланг наступающей группировки. После сражения под Тёплым в бригаде осталось около половины личного составила и танков.

Штаб обороны города поставил под ружье практически каждого туляка способного носить оружие. Были сформированы десятки истребительных батальонов. Один из таких батальонов принял бой с моторизированными частями противника в районе Епифанского шоссе, пытающегося войти в город с востока. Хотя потери туляков были выше, враг не прошел.

Вся тульская земля поднялась на защиту своей родины. Практически в каждом населенном пункте, оказавшемся в тылу врага, формировались партизанские группы. В основном из стариков и юношей, ведь почти все мужчины уже были на фронте. Окруженные воинские формирования тоже не сдавались и крушили коммуникации противника. Без сильного охранения по Орловскому шоссе к Туле не проходил ни один обоз. Всего за два месяца тульские партизаны уничтожили около полторы тысячи солдат противника, 15 танков, один самолёт, 150 автомашин, множество боеприпасов и горючего, 45 мотоциклов, шесть орудий, одну минометную батарею, 18 километров телефонного кабеля. Ими пущено под откос два воинских эшелона, захвачено три паровоза и 350 вагонов, в которых находилось 130 автомашин, 70 мотоциклов, большое количество автоматов, мин, патронов и продовольствия.

10 ноября немецкий 43-й армейский корпус предпринял удар южнее Алексина с целью выйти на коммуникации 50-й армии и вынудить её оставить Тулу. Алексин держался, хотя к этому времени немецкие войска уже принимали попытку взять Серпухов, правда безуспешную.

12 ноября температура резко упала до 13 градусов мороза, 13 ноября – до 22 градусов. Гудериан получает приказ идти на Горький, хотя сам понимает, что может дойти разве что до Венёва.

18 ноября, морозы отступили, а распутицы уже не было, 2-я танковая армия после 10-дневной перегруппировки возобновила наступление в обход Тулы. Несмотря на все усилия советской 50-й армии по восполнению потерь личного состава, немецкие войска по-прежнему имели огромное преимущество, приблизительно 3 к 1.

21 ноября в 16:00 танковая группа Эбербаха вошла в Узловую, а 25 ноября Сталиногорск. Для прикрытия ударной группировки с востока немецкая 2-я танковая армия частью сил развернула наступление на Ряжск с целью перерезать дороги на Москву с юго-востока. Но дальше Скопина не продвинулась.

Правое крыло группировки Гудериана шло в направлении на Серпухов. 27 ноября 43-й армейский корпус нанёс удар из района Алексина по правому флангу 50-й армии севернее Тулы. 29 ноября, чтобы не попасть в окружение, 238-й стрелковой дивизии пришлось отступить и оставить город Алексин. Встречный удар на запад наносила 2-я танковая армия силами двух танковых дивизий с задачей соединиться в 25 км севернее Тулы и полностью окружить город.

К исходу 3 декабря это удалось. В районе Ревякино немецкие части 24-го моторизованного корпуса захватили шоссейную и железную дороги Серпухов-Тула.

В это же время передовые немецкие части вышли к Кашире, где получили решительный отпор. 5 декабря 2-я танковая армия, разбросанная по фронту на 350 км, получила приказ о переходе к обороне. Исчерпав свои наступательные возможности, начала отход из опасного для неё выступа, образованного северо-восточнее Тулы, на рубеж железной дороги Тула-Узловая.

Несмотря на эвакуацию большей части предприятий Тулы, в период блокады был налажен выпуск винтовок, автоматов, миномётов, производился ремонт орудий и танков. За два месяца на оружейном заводе было собрано 432 пулемёта, 1156 снайперских винтовок. На патронном заводе было восстановлено 50 танков, 100 орудий, 150 автомашин.

В ночь на 7 декабря немцы силами 296-й пехотной дивизии «Оленья голова» ударили из Маслова в направлении Мяснова. Уже в городе атака захлебнулась, захватчики понесли тяжелые потери и отступили. Это была последняя попытка захватить Тулу.

В тот же день в районе Тулы наши войска перешли в наступление под командованием генерала Георгия Жукова, который в последствии написал: «В разгроме немецких войск под Москвой Туле и её жителям принадлежит выдающаяся роль».

Адольф Гитлер приказал Гудериану держаться до последнего, но генерал ослушался и увел остатки армии из-под Тулы. Впоследствии за самовольство Гитлер отстранил Гудериана от командования танковой армией.

В результате боевых действий немецкие войска нанесли большой социально-экономический урон Тульской области: сожжено более 19 тысяч дворов, полностью сожжено и уничтожено 316 деревень, практически полностью разрушены города Епифань, Венёв, Богородицк, Чернь, сильно разрушены Алексин, Плавск и Тула.

Как только блокада была снята в Туле стали восстанавливать предприятия. Станки и оборудование собирали отовсюду, даже из разбомбленных железнодорожных эшелонов. К средине 1942 года, без возвращения из эвакуации людей и оборудования, практически все оборонные предприятия были восстановлены и заработали на полную мощь приближая победу.

Заключение

После войны правительство Сталина отблагодарило туляков, около 120 тысяч жителей Тулы и окрестностей переселив в Кёнисберг. Потери населения в войне и от этого переселения Тула смогла компенсировать только к 1975 году, хотя развивалась неплохо.

Развитие города продолжилось вплоть до 1991 года, когда в Туле проживало около 700 тысяч. Следующие 20 лет для Тулы были катастрофическими. Сильно сокращали производство почти все заводы и фабрики, многие закрывались. Население города упало ниже довоенного уровня, рядом расположенная первопрестольная «высасывала» почти всю молодёжь.

Лишь недавно власть вспомнила о важности обороноспособности страны. И Оружейная столица задышала, стала немного развиваться.

Улицы древнего города хранят память о давних временах, о том, чем жил город. По названиям можно даже восстановить процесс создания оружия: Дульная, Ствольная, Литейная, Заварная, Штыковая, Ложевая, Курковая. По ним жили мастера своеобразными цехами — слободами. Оружейное производство в основном располагались в Заречье и Чулково за рекой Упой. При этом названия улиц Заречья и Чулково часто дублировались. В Туле были две Штыковые и две Заварные улицы. В начале XX века Чулковскую Штыковую переименовали в Гармонную, поскольку на ней стали делать знаменитые тульские гармони.

Улицы центральной части, к сожалению, не сохранили своих прежних названий и пережили три волны переименований. Первая волна переименований пришлась на конец XIX века. Рост «патриотического сознания» привел к появлению в Туле таких улиц, как Гоголевская, Тургеневская, Жуковского, Пушкинская, Пирогова.

Вторая волна произошла в революционные 20-е годы XX века. Тогда всюду массово переименовывали улицы в честь революционных событий и деятелей. Так появились улицы Болотникова, Дзержинского, Ленина, Каминского, Первомайская, Пионерская, Розы Люксембург, Софьи Перовской, Демонстрации 1903 года и другие.

Третья волна прокатилась после Великой Отечественной Войны. Они были связаны с победой в этой войне и различными юбилеями. Так в Туле появились Оборонная, Клюева, Болдина, Кауля, Дивизионная, Лозинского.

В отличии от множества городов по всей России, где была и четвертая волна обратных переименований в 90-х годах, Тулы она не коснулась.

Тула — это символ России, очень древняя и несгибаемая, переживающая сейчас очень тяжелые времена и надеющаяся на светлое будущее.

С. Корнетов

Последние новости
16 марта во Владимире прошел митинг против "мусорной" реформы. В митинге приняли участие…
17 марта 2019 года в Костроме состоялся митинг против "мусорной" реформы, организованный различными…
Народ безмолвствует, значит всё хорошо.…